Антропологические игры, это такие игры, в которые мы играем даже тогда, когда не знаем, что играем в игры...        Flavius Claudius Iulianus (из не написанного)

Меню сайта

Категории раздела
Сундук Блэкборда. [33]
Бумаги, картинки, кино.

Опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 1192

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Главная » Файлы » Авторские статьи. » Сундук Блэкборда.

Античный структурализм и парадигма метода Клода Леви-Стросса.
10.02.2011, 04:47

Итак, каким образом следует писать историю?  Этот  вопрос  имеет очень древнюю  традицию.  Как  создавать историческую науку, чтобы она не оставалась набором зафиксированных форм, давно противоречащих заново открытым смыслам? Как  то, что сегодня кажется очевидным и присутствует между строк исследовательских анализов эпохи, оказалось бы доступно завтрашнему восприятию и имело бы минимальные возможности для профанации авторского смыслосодержания?

Каким образом означенное написанным словом, формой какого либо предмета  или устной традицией прочесть, не профанируя смысла, значения и функции  означенного?

Ответ на эти вопросы исследователи пытаются дать с помощью ключа, называемого методом.

Историю становления метода я начну рассматривать с третьего века христианской эры. Не потому, что до того не было попыток найти методологические подходы к воспроизведению существа исторических положений, а потому, что в этот период становления ранней европейской науки в одном и том же интеллектуально - временном супе, по доступным источникам, о которых будет сказано ниже, обнаруживается некоторая бинарная оппозиция, связанная с восприятием времени двумя способами представления. Авторами источников, о которых идёт речь, являются выходцы из одной и той же позднеантичной культурной среды. Это римские граждане Лукиан[2] и Тертуллиан[3]. Оппозиционность их взглядов  на много веков вперёд обеспечила  тот клубок  противоречий, из которого возникала вся последующая методологическая база  для культурно - исторического исследования. Документами, представленными мной для иллюстрации данной бинарности, будут следующие тексты вышеназванных авторов: Лукиана - "Как следует писать историю" [4]и Тертуллиана - трактат "О плаще"[5].

В первом источнике историческое время, следуя тексту, подразумевается автором как смена циклов: от мира к миру, от войны к войне. Циклы бесконечны. Во времени ничего не изменяется, в сути мира и войны ничего не изменяется. Острота вопроса состоит лишь в том, что главное в описании этой бесконечности: стоимость рыбы на рынке, которой интересуется солдат воюющей армии -  или хроника событий битвы. Лукиан, разумеется отдаёт предпочтение второму. Но предположим, что солдат не домохозяйка, и если его интерес описан, значит это, возможно, говорит нам о том, что он недостаточно обеспечен работодателем, либо  что  он солдат недавно, а до того занимался торговой или хозяйственной деятельностью. Такой информационный аспект значительно расширяет представление исследователя о данной войне и говорит, вероятно, о том, что в армии некому и не на что было воевать. Так  рассеивается миф о «чудесных» победах малых над великими, графика сменяется логикой[6]  и рождается знание об исторической действительности эпохи. Возникает элемент смысловой структуры, напрямую не связанный с этапами войны или событиями битвы, но сопутствующий этим событиям и влияющий на эти этапы. Он имеет и социологическую, и функциональную нагрузку,  но никак не относится к хитрости расположения войск и искусству полководцев.

Таким образом, Лукиан, пытаясь определить главную линию структуры, которая легла бы в основу метода  исторических описаний,  в частности, ставит для последующих методологов проблему  структуральной неоднозначности содержания прошлого вообще.

Теперь вернёмся к восприятию времени. На основе эмпирического наблюдения можно предположить, что история без времени не существует. Существует ли время -  это вопрос философский, не относящийся к задачам данной работы, а вот существует ли история -  это правомерный вопрос, когда речь идёт о методе её изложения. Если метод отсутствует -  мысль способна легко оказаться во власти мифотворчества, если метод в наличии -  мысль, а за ней и целые культуры, этой мысли следующие, рискуют оказаться жертвами, так называемых "превращённых форм".

Вслед за К. Марксом [7] возьмём, как пример "превращённой формы", историческую доктрину одной из религий и рассмотрим соответствующий ей метод создания истории.

Итак: Сотворение мира, Адам – Ева, Грехопадение, Наказание, Искупление страданием, Наказание-2, Армагеддон, Страшный суд.

Так в чём же здесь метод?

Он заключается в следующем: знание о прошлом на каком - то этапе своего развития фиксируется и не позволяет дальнейших манипуляций с ним. На каком - то этапе фиксируется и знание о будущем, которым также тяжело становится манипулировать даже на фоне происходящих не в унисон событий. То есть: земля, с трудом, оказывается круглой, планет, с трудом, оказывается не семь, а человек, с трудом, оказывается - страшно сказать - "тотемического" происхождения! (Я имею в виду дарвинизм). 

Но можно ли назвать это НЕ методологическим подходом к освоению истории?  Нет, нельзя!  Просто такой метод  работает, действуя, что называется , от противного.

С помощью данного метода создаётся некая авторитарная ось, со временем открывающая,  всё более, своё  абсурдистское содержание. Вокруг этой оси, с течением того же времени, верифицируя её,  возникает аккумуляция возмущённого сознания, обогащённого аргументами против. Эти аргументы своим многообразием и недосказанностью создают поле, в котором формируется то, что сегодня называется наукой. Привязаны же они, сии аргументы, всё равно и тем не менее, к первоначальной оси в соответствующих местах. Это минус. Зато организующая и мобилизующая функция такого метода -  несомненный плюс.

Поскольку продемонстрированная методология ассоциирует всё историческое время с определённым отрезком ("сотворение мира" - "страшный суд") и вне этого отрезка ничего не существует, восприятие времени начинает формироваться, точнее,  популяризироваться  в сознании , как линейное.

Итак, мной отмечено два типа восприятия времени: линейный и циклический. Об их индентификации существуют специальные исследования[8].  Моей же задачей является указание на  источник и возможное время возникновения двух методологических подходов к описанию исторического предмета или события, связанных с вышеизложенными типами восприятий.

Соответствующий линейному типу восприятия времени линейный тип восприятия истории  обнаруживает себя в качестве элемента  оппозиции циклическому типу восприятия в трактате "О плаще", написанном известным сподвижником ранней христианской церкви римским гражданином Тертуллианом. В нём

автор не рассуждает о том, как надо писать историю, но  подобно Диогену[9]  начинает демонстрировать схему того,  каким образом это может происходить. Тертуллиан применяет характерный для поклонника христианских воззрений  линейный метод создания  информации о времени.  Талант и высокий уровень античного образования автора  делает такую схему лишённой абсурдистскго элемента. Осью, аккумулирующей и организующей вокруг себя историю, выступает отрезок времени между точками «рождения и смерти»  римского плаща, знаковой величины, символизирующей всё велико-римское.

По проблемам анализа  данного произведения существует немало исследований[10]. Поэтому, не останавливаясь на такой задаче, сразу перечислю  компоненты уже окончательно оформившегося  линейного метода создания истории. Это:

центральная ось;

начало и конец - два этапа, подразумевающие промежуточные этапы;

и - подобное древесным кольцам -  гипотетическое пространство вокруг оси. 

В связи с недавними судебными разбирательствами[11]  по поводу современного авангардного искусства, я бы назвал его также пространством «карнавальной культуры».  И именно потому, что пространство «карнавальное», в нём  формируются новые научные и культурные парадигмы , избежавшие строгих взглядов ревнителей линии абсурда. К чести европейской культуры надо отметить, что ортодоксия всё же не сумела на протяжении веков остановить в ней развитие науки, в отличие от близких к ней по содержанию  других «линейных» культур.

Возможно, в том есть заслуга римского гражданина Лукиана.

Линейным  методом, несмотря на его древность, наука пользовалась до последнего времени. К нему придумана лишь  только  "шапка", называемая "историей современности". Эта "шапка" всегда применяется в конце условного отрезка той или иной оси, когда ось никак не хочет заканчиваться.

Однако, на долгие столетия  в методологической модели Тертуллиана  оставался незамеченным еще один значительный  аспект. Этот аспект  за много веков ДО предвосхитил знаменитые семиотические теории Чарльза Сандерса Пирса[12] и современные положения такой науки, как семиотика культуры. О них, применительно, к трактату "О плаще", следует заметить, что Тертуллианом  выведен характерный символ, который содержит в себе все свойства  семиотического знака. Это тот самый римский плащ. Плащ представлен античным автором по всем правилам[13] современной практики анализа культурно – семиотического знака. Будто специально позиционируя себя перед наукой далёкого будущего, в изложении этот символ наделён полным набором культурно - семиотических характеристик. Данными характеристиками или, точнее, свойствами римского плаща являются: 

изначальная смысловая доступность лишь для круга избранных;

привязка к обстоятельствам эпохи - или  датирование временем;

воображение знака с именем "Римский плащ" представителями разных этапов описываемой истории;

неисчерпаемость их представлений в последующем времени, находящемся уже за рамками произведения.

Обнаружив свойства семиотического знака,   соответствующие положениям известного  современного курса по семиотике культуры, читаемого в РАШ при РГГУ, в произведении о  плаще,  нетрудно обнаружить и процесс семиозиса, происходящего с его смыслосодержанием, означающим некое означаемое, и, в результате оного, оказывающимся  означаемым некими означающими. Из таких знаков, собственно, сегодня сложен Текст о римской культуре и истории соответствующего периода. Что тоже показательно и является частью линейного метода. Однако, сам по себе семиотический анализ автора древнего трактата погружает исследователя в мир уже совсем не линейного восприятия, а  связанного с наличием структур, ибо знаком может оказаться не только римский плащ, а, скажем, пища римлянина - та же рыба, или какая-то идея, воплощённая в ритуал, басню или миф. 

В этом месте своей работы подчеркну, что у двух различных методов обнаруживается объединяющий фактор.

Их объединяет явное  обнажение проблемы наличия элементов структуры, небезопасно обогащающих, в смысле культурно-исторического строительства, историческое исследование.

Прежде, чем перейти к современному структурализму и работам Клода Леви-Стросса, необходимо ещё добавить несколько слов о, метафорически выражаясь, "античном структурализме" и работах римского гражданина Лукиана.

В них не прослеживается ни начала, ни конца времени - всё и все существуют всегда, только в разных циклах. Вот Платон[14], например, отжив определённый ему цикл на земле, продолжает свою, свойственную ему в прошлом деятельность, на собственном небесном острове - создаёт там своё государство.

Вне земной жизни  люди  разных эпох встречаются, общаются, делятся  размышлениями о пережитом и почёрпнутом в предшествующем цикле существования.

Учитывая сведения об орфических табличках, на которые ссылается Бертран Рассел[15] в своей  «Истории западной философии» и другие[16] исследования орфических представлений о мире, с некоторой вероятностью можно предположить, что история циклического времяпредставления  как-то связана с положениями учения орфиков, где смерть только переход в следующий цикл состояний, что в свою очередь отражает более древние восточные взгляды  на пространственно-временное устройство. Но пока вероятность такой связи остается рабочей гипотезой. Главное же, что хотелось бы подчеркнуть в методе  изложения истории, связанном с циклическим восприятием времени, это наличие следующих элементов:

равноправие циклов времени, трансформирующееся в равноправие частей пространства;

неисчерпаемость времени, трансформирующаяся в аморфность исторических форм[17];

поиск главной линии структуры, отвечающей за восприятие содержания данной аморфности. 

По совокупности, всё вышеизложенное является источниками  методов  конструирования  исторических представлений так  называемой, современной европейской  науки. Они вскрыты с целью создания необходимого фона для изложения полемики, о которой пойдёт речь далее.

Эта полемика актуализировалась к середине двадцатого века христианской эры и породила научное движение, называемое структурной антропологией.

Суть полемики  состояла в критике существующих методов изложения истории развития культур наукой вообще и в критике представлений о современном  культурном этапе развития человечества в частности. Однако критикой не исчерпалось содержание структуралистского бунта.  Парадигмальное  значение ему придал метод, созданный лидером структуралистов -  французским учёным, философом и этнологом  Клодом Леви-Строссом.

Метод заключался в принципах[18]  по совокупности его составляющих. Эти принципы фокусируются следующим образом:

1) явление культуры рассматривается в синхронном срезе общества, в единстве своих внутренних и внешних связей;

2) явление культуры анализируется как многоуровневое целостное образование, а связи между его уровнями истолковываются в семиотическом ключе;

3) исследование явления производится непременно с учетом его вариативности — в рамках конкретной культуры или более широкой области, где происходила его трансформация.

Конечный результат исследования — моделирование "структуры", то есть предполагаемого алгоритма, который определяет скрытую логику, присущую как отдельным вариантам явления (инвариантные связи элементов и отношений между ними), так и виртуальным переходам от одного варианта к другому.

Целями методологического направления, которое опиралось на эти принципы, являлись  социокультурные явления так называемых "примитивных", то есть традиционных, обществ. Однако, по мере развития структурализма, эти принципы оказались применимы к исследованиям развития любых различных культур, по совокупности представляющих историю  человечества в целом. 

Опираясь на эти принципы, я продемонстрировал свой краткий пример анализа информации, не присутствующей при прочтении текста исторических документов,  но присутствующей в них как деконструктивная[19] составляющая, и, что важно, составляющая, дающая  определённое  представление об истории методологии в целом. Это - по поводу применения структурно-антропологического  подхода к историческому исследованию.

Теперь о самой структуральной полемике второй половины двадцатого века.




[1] Под словосочетанием «парадигма метода» следует понимать структурно – антропологический подход в исторической методологии. (Прим. автора)

[2] Лукиан (греч. Λουκιανς Σαμοσατεύς, лат. Lucian) — греческий писатель-сатирик, известный как «Лукиан из Самосаты» (около 120—180 гг. н. э.). Родился в Самосате (Сирия). Отец его был мелкий ремесленник. Лукиан получил общее и риторическое образование, имел адвокатскую практику в Антиохии, много путешествовал (посетил Грецию, Италию, Галлию), изучал право в Афинах; под конец жизни получил почетную должность прокуратора в Египте.

[3] Квинт Септи́мий Флоре́нс Тертуллиа́н (лат. Quintus Septimius Florens Tertullianus, 155/165, Карфаген — 220/240, там же) — один из наиболее выдающихся раннехристианских писателей и теологов, автор сорока трактатов, из которых сохранился 31. В зарождавшейся теологии Тертуллиан впервые выразил концепцию Троицы. Положил начало латинской патристике и церковной латыни — языку средневековой западной мысли.

[4] Лукиан. Сочинения. В 2 томах. Алетейя.2001г.

[5] Тертулиан. О плаще. Серия: Античное христианство СПб Алетейя 2000г.

[6] Ниже будут представлены сравнительные определения этнографии и этнологии взятые из текстов Клода Леви-Стросса. (Прим. автора)

[7] М.К.Мамардашвили. Что такое превращённая форма. http://orel.rsl.ru/nettext/russian/mamardashvili/mamadashvili/forms.html

Сам термин «превращенная форма» (verwandelte Form) был в свое время введен еще Марксом в научный и философский оборот. Он прилагался к некоторым характеристикам строения и способа функционирования сложных систем связей (или того, что Маркс называл «органическими» или «диалектически-расчлененными целостностями») и позволял исследовать видимые зависимости и парадоксальные эффекты, выступающие на поверхности целого в качестве того, что тем не менее является «…формой его действительности, или, точнее, формой его действительного существования» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, т. III, с. 507).

Подобная форма существования есть продукт превращения внутренних отношений сложной системы, происходящего на определенном ее уровне и скрывающего их фактический характер и прямую взаимосвязь косвенными выражениями. Эти последние, являясь продуктом и отложением превращенности действия связей системы, в то же время самостоятельно бытийствуют в ней в виде отдельного, качественно цельного явления, «предмета» наряду с другими. В этой «бытийственности» и состоит проблема превращенной формы, которая видимым (и практически достоверным) образом представляется конечной точкой отсчета при анализе свойств функционирования системы в целом, представляется как особое, не разлагаемое далее образование, как «субстанция» наблюдаемых свойств. Такова, например, капитализированная стоимость в системе буржуазной экономики, обнаруживающая «способность» к самовозрастанию. Это – типичный случай иррациональной превращенной формы, когда вещь наделяется свойствами общественных отношений и эти свойства выступают вне связи с человеческой деятельностью, то есть вполне натуралистически. Если подобная объективная видимость разрешается в системе связей, восстанавливаемых и прослеживаемых методом восхождения от абстрактного к конкретному, то мы имеем дело с содержательным исследованием

превращенной формы, выводящим их как необходимую форму «…проявления существенных отношений» (Маркс К., Энгельс Ф. Coч., т. 23, с. 547) в условиях, когда последние накладываются одно на другое и подвергаются искажению. Но самодостаточный, исчерпывающий себя характер такого «проявления» должен быть сохранен анализом (со всей парадоксальностью его бытийных эффектов), что предполагает расширение объективного описания существенных отношений за счет учета в них той области, где соизмеримы действие наблюдения и действие содержания наблюдения (соизмеримы как части единого действия системы, включающей в себя наблюдателя-субъекта). Тогда превращенные продукты действия могут быть поняты с необходимостью, а само действие – описано полно. Особенность превращенной формы, отличающая ее от классического отношения формы и содержания, состоит в объективной устраненности здесь содержательных определений: форма проявления получает самостоятельное «сущностное» значение, обособляется, и содержание заменяется в явлении иным отношением, которое сливается со свойствами материального носителя (субстрата) самой формы (например, в случае символизма) и становится на место действительного отношения. Эта видимая форма действительных отношений, отличная от их внутренней связи, играет вместе с тем – именно своей обособленностью и бытийностью – роль самостоятельного механизма в управлении реальными процессами на поверхности системы. При этом связи действительного происхождения оказываются «снятыми» в ней (как динамические закономерности – в статистических, связи формирования образов сознания – в закономерностях узнавания предметов, угадывания смысла и т.д.). Прямое отображение содержания в форме здесь исключается.

[8] Календарно-хронологическая культура и проблемы ее изучения: к 870-летию «Учения» Кирика Новгородца: материалы науч. конф. Москва, 11-12 дек. 2006 г. / сост. Ю.Э. Шустова ; редкол. : Р.А. Симонов (отв. ред.) и др. ; РГГУ, Ист.-арх. ин-т, Каф. источниковедения и вспомогат. ист. дисциплин, Ин-т всеобщ, истории РАН, Моск. гос. ун-т печати. М.: РГГУ, 2006. 205 с.  В сборник вошли статьи и тезисы докладов, посвященных проблемам хронологии и изучения времени, истории календарно-хронологических систем, различным аспектам восприятия времени, проблемам работы с календарно-хронологической информацией источников, хронометрии.

   Феномен времени и календарно-хронологической культуры рассматривается на полидисциплинарном уровне исследователями, работающими в области исторической и культурной антропологии, исторической хронологии, астрономии, математики, лингвистики, истории науки, искусствоведения.

Г. Ольсен О циклической и линейной концепциях времени в трактовке античной и раннесредневековой истории

(Цивилизации. Вып. 2. –М.: Наука. –1993. –237 с.)

http://abuss.narod.ru/Biblio/olsen.htm

[9] Диоген Синопский (др.-греч. Διογένης Σινωπεύς; ок. 412 до н. э., Синоп — 10 июня 323 до н. э., Коринф), древнегреческий философ, ученик Антисфена, основателя школы киников. Из-за большого числа противоречащих друг другу описаний и доксографий, фигура Диогена сегодня предстает слишком неоднозначной. Работы, приписываемые Диогену и дошедшие до наших дней, вероятнее всего созданы последователями и принадлежат более позднему времени. Также сохранилась информация о существовании в один период по крайней мере пяти Диогенов. Это значительно усложняет систематическую организацию сведений о Диогене Синопском.

http://ru.wikipedia.org/wiki/%C4%E8%EE%E3%E5%ED

[10] Г.С.Кнабе. Древо познания и древо жизни. Москва. РГГУ. 2006.Курс лекций.РГГУ.РАШ.2008.

[11] Письмо Вячеслава Всеволодовича Иванова старшему следователю следственного отдела по Таганскому району следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по г. Москве юристу 1 класса Е.Е. Коробкову.

16.06.2008

http://www.aerofeev.ru/content/view/220/161/

[12] Чарльз Сандерс Пирс (англ. Charles Sanders Peirce; 10 сентября 1839, Кембридж, Массачусетс — 19 апреля 1914, Милфорд, Пенсильвания) американский философ, логик, математик, основоположник прагматизма и семиотики.

[13] См.:Г.С.Кнабе. Курс лекций.РГГУ.РАШ.2008.

[14] Плато́н (др.-греч. Πλάτων) (428 или 427 до н. э., Афины — 348 или 347 до н. э., там же) — древнегреческий философ, ученик Сократа, учитель Аристотеля. Настоящее имя — Аристокл (др.-греч. Αριστοκλής). Платон — прозвище, означающее «широкий, широкоплечий».

http://ru.wikipedia.org/wiki/Платон.

Госуда́рство (греч. Πολιτεία) — диалог Платона, посвящённый проблеме идеального государства. Написан в 360 г. до н. э. С точки зрения Платона, государство является выражением идеи справедливости. В диалоге впервые отчётливо определяются философы как люди, способные постичь то, что вечно тождественно самому себе (идея). Именно философы должны управлять идеальным государством. Вторым сословием должны быть бессемейные стражи. Ниже их — простой народ.

http://ru.wikipedia.org/wiki/Государство_(Платон)

[15] Бертран Рассел. История западной философии. Сибирское университетское издательство. Пути философии / The Ways of Philosophy. 2007.

[16] Орфики

Последователи др.-греч. легендарного певца Орфея. От их соч. сохранились лишь фрагменты. Уже в древности существовало несколько версий орфической космогонии. Первоначалом является то ли Никта (Ночь), то ли Вода, то ли Хронос (Время), то ли Хаос, то ли слиянность Земли, Неба и Моря. Будучи пред-философией, космогония О. содержит в себе значительные элементы теогонии. Человек сотворен Зевсом из праха испепеленных им титанов, растерзавших ребенка-Диониса и вкусивших его мяса, а потому является двойственным существом: титаническим и дионисийсклм, телесным и духовным. Бессмертная душа пребывает в смертном теле как в темнице, она обречена на переселение в новые тела. Цель жизни — освобождение души от тела для обитания на «островах блаженных».

http://ariom.ru/wiki/Orfiki

[17] Под историческими формами автор доклада подразумевает представление о пространственном содержании того или иного исторического периода. (Прим. автора)

[18] А. Б. Островский. Этнологический структурализм Клода Леви-Стросcа. Перевод, вступительная статья и примечания кандидата исторических наук Островского А. Б. — Леви-Стросс К. Первобытное мышление М.: Республика, 1994.

[19] Деконструкция (от лат. de «обратно» и constructio «строю»; «переосмысление») — понятие современной философии и искусства, означающее понимание посредством разрушения стереотипа или включение в новый контекст. Исходит из предпосылки, что смысл конструируется в процессе прочтения, а привычное представление либо лишено глубины (тривиально), либо навязано репрессивной инстанцией автора. Поэтому необходима провокация, инициирующая мысль и освобождающая скрытые смыслы текста, не контролируемые автором. Разработано Жаком Деррида, однако восходит к понятию деструкции Хайдеггера — отрицания традиции истолкования с целью выявления сокрытий смысла. Понятие деконструкции было усилено психоаналитическими, дзен-буддистскими и марксистскими аллюзиями. http://ru.wikipedia.org/wiki/Деконструкция

Категория: Сундук Блэкборда. | Добавил: Flavius
Просмотров: 934 | Загрузок: | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа

Поиск

Друзья сайта


Copyright MyCorp © 2017